zdrager (zdrager) wrote,
zdrager
zdrager

Categories:

Мифы Баира Иринчеева - 6,5.6


Продолжение.


Аргумент пятый. Военно-тактический



Военно-тактический аргумент в решении вопроса о том, были ли события зимой 1921-22 годов в Карелии интервенцией или восстанем, ценен тем, что он совершенно независимый, достоверный и объективный. Для того, чтобы сделать этот аргумент понятным и прозрачным, требуется кратко рассмотреть ход военных действий.

Вся история этой войны четко разделяется на два периода – до и после вступления в действие основных сил Красной армии. В первый период обнаглевшие белофинские агрессоры, воспользовавшись почти полным отсутствием регулярных частей в Карелии, наводнили край своими бандами, и на короткий период впали в эйфорию. Но пока Финляндия в восторге от успехов своих героев бросала в воздух чепчики, советское командование выясняло обстановку, и начинало принимать ответные меры. Театр военных действий был разделен на три участка - Северный (Кандалакша, Кемь), Средний (Медвежья гора) и Южный (Петрозаводск).

На первом этапе военных действий сформировали пять боевых отрядов, их называли летучими, на Северном и на Южном участке по одному такому отряду (численностью каждый около четырехсот человек), на Среднем участке – три отряда (общей численностью около шестисот человек), каждый отряд имел по несколько пулеметов. Отряды двинулись на врага, но больших успехов не добились.

Отряд, наступавший на Южном участке, встретился с финским ребольским батальоном, был окружен, вырвался из окружения с потерями и отступал чуть ли не до самого Петрозаводска.

На Среднем участке три отряда действовали сначала по отдельности, имели несколько стычек с неприятелем (неприятель неизменно бывал рассеян), захватили после небольшого боя деревню Березнавалок, и к концу декабря все три объединившихся отряда оказались окружены врагом в деревне Ругозеро. Хотя окружение было достаточно символическим, поскольку три роты прибывших подкреплений соединились с этими отрядами, пройдя через кольцо блокады разными маршрутами без боя.

Северный отряд также не продемонстрировал триумфальных успехов. Ему надо было прежде всего взять деревню Кокосалму, но сделать этого не удалось, атака оказалась неудачной, самые большие неприятности произошли из-за того, что красноармейцы промокли, в результате чего 57 человек получили обморожения. В бою отряд потерял также 12 человек убитыми и 7 ранеными. Пришлось отступить.

Забегая вперед, скажем, что общие потери Красной армии во всей этой кампании составили 1146 человек, из них 145 человек убитыми, 471 - ранеными, 273 - больными и 257 – обмороженными. Потери совершенно незначительные, получается, что даже в самых тяжелых боях количество убитых красноармейцев составляло единицы или десятки человек. Эта кампания стала вполне показательным примером российской и советской военной доктрины – побеждать врага малой кровью и могучим ударом.

Потери белофинских интервентов неизвестны, это одна из наиболее старательно оберегаемых рукопожатными историками военных тайн. Можно крайне приблизительно оценить их на основании известных отрывочных данных. Например, известно, что отряд Т. Антикайнена потерял в боях 8 человек убитыми, при этом уничтожил и захватил в плен 117 интервентов (5), это означает, что по безвозвратным потерям соотношение сторон составило примерно 1:15. В таком случае, исходя из потерь советской стороны в 145 человек убитыми, можно сделать вывод, что белофинские белобандиты потеряли более двух тысяч особей. Результат, конечно, очень приблизительный, но другого все равно нет.

Вернемся к ходу военных действий.

После отражения первого выступления отрядов Красной армии для представителей образованного финского общества настал момент истины. Это был именно тот момент, когда у них еще была надежда на успех. Все зависело от Совнаркома. Если Советская Россия не решится на обострение конфликта, на дальнейшие жертвы, на опасность международного вмешательства, на все прочие проблемы, связанные с ведением войны, то тогда у них все могло бы еще получиться. Можно было бы надеяться закрепиться в Карелии, получить какое-никакое признание, и в конце концов все же отторгнуть недурственный кусочек российской территории, ради чего, собственно, вся эта гнусность и затевалась. Исполненные чистых надежд белофинские бандиты ожидали благоприятного для них развития событий. В пылу страсти активисты не прислушались к А. Аршавину, который вполне доходчиво объяснил: "ваши ожидания - это ваши проблемы" (3).

Председателем Совнаркома был человек, безусловно хорошо понимающий диалектику, умеющий гибко реагировать на изменение обстановки и идти на компромиссы, при необходимости. Но только при необходимости. В ситуации с Карелией в конце 1921 года никакой необходимости в компромиссах не было.

Неудачные декабрьские действия Красной армии против белофинских интервентов фактически стали разведкой боем и выявили силы и намерения врага. А когда реальные масштабы угрозы были установлены, то вполне ожидаемо стали подтягиваться и соответствующие задаче силы.

Ситуация мгновенно переменилась, как будто перевернули бинокль. Только что по Карелии, надувая щеки, стуча в барабаны, размахивая флагами и распевая хоровые песни, двигались победоносные колонны белофинских белобандитов, но вот тут случился сюрпрайз, которого туповатые финские стратеги совершенно не предусмотрели. В дело вступила Красная армия, та самая армия, которая только годом ранее наступала на Варшаву и штурмовала Перекоп. Что для этой армии какой-то белофинский сброд? Из Петрограда в Карелию двинулись воинские эшелоны. На все забито, на выезд, Питер. Мир большой политики не переубедить, мы едем чтобы просто победить. Как мудро заметил в это время финский активист Поппа Анттоппола, "чует мое сердце, что мы накануне грандиозного шухера".

Уважаемый доктор рукопожатных наук Ю. М. Килин оценил силы сторон следующим образом: "после блокирования железной дороги на Мурманск она была переоценена, и против воюющих здесь 3000 человек были брошена группировка общей численностью в 30000 солдат. Преимущество 1 к 10 в мировой военной истории надо еще поискать" (16).

Врет, конечно, как обычно, засранец. В этой короткой цитате я насчитал четыре рукопожатных лжи.

Первая ложь. Не было никакого "блокирования" железной дороги, был только сгоревший мост, который восстановили ударными темпами за три недели. На время ремонта была организована перевалка грузов через реку, и действие железной дороги не останавливалось, хотя, конечно, было затруднено.

Вторая ложь. Не было "воюющих здесь 3000 человек", как уже выясняли выше, количество представителей образованного финского общества, бандитствовавших в Карелии осенью-зимой 1921-22 годов, можно оценить примерно в 5000 человек.

Третья ложь. Не была брошена против них группировка в 30000 солдат.

Четвертая ложь. Преимущество 1 к 10 в мировой истории искать могут разве что доктора исторических наук Петрозаводского университета, поскольку 1 к 10 – это не преимущество. А вот преимущество 10 к 1 и более в мировой истории припомнить несложно, примеры широко известны, начиная с Фермопил и "Анабазиса". Но несложно припомнить такие примеры только тем, кто историю хотя бы в школе учил, доктора исторических наук Петрозаводского университета соответственно выпадают.

Дело, как обычно, всего лишь в том, что уважаемому доктору рукопожатных наук Ю. М. Килину требуется всячески принижать Россию и возвеличивать Финляндию, поскольку именно за это он получает зарплату в Петрозаводском университете. Ради этой святой цели уважаемый доктор рукопожатных наук Ю. М. Килин придумывает превосходство Красной армии в масштабе десять к одному, чего, конечно, не было.

Любимый и традиционный при описании побед Красной армии аргумент рукопожатных историков, геев и демократических журналистов – "трупами завалили" – в данном случае применить сложно даже для такого дурака, как Ю. М. Килин, поскольку потери Красной армии в этой кампании были совершенно незначительными. Поэтому вводится в действие другой аргумент, столь же часто используемый русофобами, когда речь идет о наших победах – массой задавили, количеством победили. Они думают, что это оскорбление для Красной армии. Рукопожатные историки, геи и демократические журналисты могут вздохнуть с облегчением. Они не в курсе, что существует такая вещь, как военное искусство, состоящее именно в том, чтобы создавать для своих войск превосходство, прежде всего в численности (но также и в вооружении, в технике, в снабжении и т.д.) на нужных участках боевых действий. За счет этого превосходства и достигаются победы. Поэтому, если бы Красная армия сумела обеспечить превосходство в десять раз, то это было бы прекрасно. Это была бы высшая оценка стратегического мастерства командования Красной армии.

В реальности десятикратного преимущества добиться оказалось невозможно. Ограничение, конечно, налагали пути сообщения. Плохие и малочисленные дороги не позволяли обеспечить снабжение крупных сил.

В непридуманной истории полная численность группировки Красной армии составила 26 тысяч человек (уважаемый доктор рукопожатных наук Ю. М. Килин, как обычно, туповато поднаврал, округляя это число до 30 тысяч, только для того, чтобы получить красивую пропорцию).

Из этого количества в боевых действиях участие принимали следующие силы:

1 колонна (северная), от ст. Лоухи. Численность - 1249 человек;

2 колонна (центральная), от Сороцкой. Численность - 1987 человек;

3 и 4 колонны (южная группа), от Медвежьей Горы и Петрозаводска. Численность - 5375 человек.

Итого – 8611 (29).

Вот такая была численность частей Красной армии, непосредственно участвовавших в боях. Остальные силы группировки в бой не вступали, это были тылы, службы обеспечения, плюс экипажи трех бронепоездов, подтянутых на всякий случай к месту событий, но воевать им не пришлось. При сопоставлении с боевой численностью белофинских отрядов их принимать в расчет некорректно, поскольку сравнивать надо сопоставимые величины. Если от армии интервентов учитываем только боевые части, не учитывая тыловые силы, то и от армии защитников надо считать аналогично только части, непосредственно участвовавшие в боях. А если взять для сравнения всю группировку Красной армии, вместе с тыловыми частями, то научная добросовестность требует с финской стороны учитывать и всю систему тылового обеспечения сил интервентов, всю систему их снабжения, обслуживания, пополнения и т.д. То есть придется приплюсовать к численности их действующих банд и численность всей финской армии, полиции, шюцкора и финского Красного креста.

Хотя должен признать, что вышеприведенные рассуждения для докторов исторических наук слишком сложны. Не будем от них требовать невозможных мысленных усилий.

Итак, в боях против пяти тысяч белофинских интервентов участвовало восемь с половиной тысяч красноармейцев. Преимущество, конечно, имеется, но не подавляющее. Даже не двойное.

Доктор рукопожатных наук Ю. М. Килин соловьем заливается про авиацию, которую варварским образом использовала Красная армия. Естественно, умалчивает, что авиацию также использовали и финские интервенты, и с таким же, как и Красная армия, результатом – около нулевого (16).

В силу своего общего невежества уважаемый доктор рукопожатных наук Ю. М. Килин упускает из виду действительно реальное преимущество Красной армии – артиллерию. Каждая из колонн Красной армии имела артиллерию, хотя и малочисленную (по несколько пушек). А вот у белофинских интервентов артиллерии не было вообще. Ну забыли об артиллерии финские стратеги, бывает. Авиацию привлекли, а о пушках не подумали. Хотя встречается упоминание, что какая-то артиллерия вроде у интервентов была (13), но в боевых действиях эта финская артиллерия как будто нигде не засветилась. Именно обладание действующей артиллерией давало Красной армии важнейшее преимущество – гарантированные победы в позиционных боях. Гремит в седых лесах суровый бог войны.

Без артиллерии затевать позиционные бои для белофиннов было тактикой заведомо проигрышной. Их сильная сторона, их преимущество могло быть в маневренной войне, в партизанской войне, в засадах, обходах, окружениях, внезапных ударах с тыла. Но это сейчас кажется очевидным. А тогда белофинские стратеги то ли не додумались, то ли не смогли использовать маневренную тактику.

События развивались так.

На южном участке.

27 декабря 1921 года 3 колонна атакует Поросозеро. Финны обороняют эту деревню. Взяты штурмами две менее крупные деревни - Пайкула и Пяльозеро, прикрывавшие подходы к Поросозеру, но на само Поросозеро атака была неудачная. 29 декабря к Поросозеру подошла 4 колонна и начала обходной маневр. Избегая окружения, противник ушел из Поросозера в северном направлении. 3 и 4 колонны соединились и начали преследование.

10 января – бой за деревню Шаверкиозеро. Деревня взята; 12 января – бой за деревню Лендер, деревня взята; 14 января взяты Реболы (29), или, по другим данным, это случилось 16 января (31); 18 января взята Ровкула.

Уже на этом этапе кампании ряды представителей образованного финского общества стали жидеть стремительным домкратом. Сразу после поражения в бою за Поросозеро остатки финского Ребольского батальона, твердо чеканя шаг, удалились за кордон, чтобы по пивным рассказывать про свои выдающиеся победы. Как сообщил нашему корреспонденту финский активист Поппа Анттоппола, "У пана атамана нема золотого запасу, и потому хлопцы стали разбегаться в разные стороны. И правильно делают. Если так и дальше пойдет, я тоже разбегусь в разные стороны".

Для задержания дезертиров белофинские офицеры "выделяли специальных часовых, но часто часовые уходили вместе с дезертирами. К середине февраля отдельные случаи дезертирства стали перерастать в общее неповиновение целых белофинских отрядов" (31).

31 января после короткого боя наши части заняли деревню Сапосальма. После этого была взята деревня Юшкозеро. Бой за деревню Кяйпель, где окопался отряд белофиннов, насчитывавший 700 человек, с пулеметами и автоматами, продолжался 35 часов.

В контакте с Южной группой, но по большей части самостоятельно действовал отряд лыжников Интернациональной школы под командованием Т. Антикайнена. Главный успех этого отряда - взятие Кемасозера 20 января. Далее отряд Антикайнена 27 января штурмом взял деревню Барышнаволок, 1 февраля вместе с другими частями брал деревню Кондокскую. Потом двинулись на Вокнаволоцкую, Айнолахти и Войницкую.

В центре.

2 колонна вышла из Сороцкой 29 декабря, 31 декабря заняла ту самую деревню Тунгуда, где кличка "Вейнемейнен" еще в октябре произнес свою историческую речь. 1 января - бой у Березнаволоцкой с противником, численность которого оценивалась в 250 человек. 3 января – небольшая стычка у Марковой Горы. 4 января без боя снята блокада с Ругозерской. 6 января заняты деревни Б. Тикша и Андронова Гора, занятию этих деревень предшествовала только незначительная перестрелка. К этому времени "2-я колонна более задерживалась местными условиями глухого и дикого северного края, чем действиями противника, проявлявшего, в сущности говоря, мало активности и настойчивости в борьбе" (29).

29 января заняли Челмозеро. Противник без сопротивления отходил. Далее наступление на Ухту развивалось без особых помех со стороны представителей образованного финского общества, которые в это время уже смазали лыжи. 7 февраля 2 колонна заняла Ухту. Противник сбежал оттуда без боя в ночь с 5 на 6 февраля.

На северном участке.

1 колонна выступила 27 декабря со станции Лоухи. 2 января подошли к Кокосалме, которую ранее уже неудачно атаковал отряд Красной армии во время первого наступления. Снова атаковали Кокосалму, теперь более серьезными силами – и снова неудачно. Кокосалма на глазах превращается в местный сталинград.

Третий штурм Кокосалмы был организован только через три недели, 24 января. Но теперь шутки кончились. Штурм не прекращался сутки, провели четыре атаки с разных сторон, чуть ли не каждый дом брали с боя. Участники боев сообщают, что там оборонялись финны, а не карелы.

27 января – выступили на Вонгозеро. В 12 км от Кокосальмы передовая походная застава попала в засаду. Еще через два километра – успешный лесной бой. В тот же день заняты Вонгозеро, Софьянская и Тунгозерская. В конце января штурмом взята упорно оборонявшаяся белофиннами деревня Тиронваара. 2 февраля – бой за лесной горный массив у д. Купасозеро. 5 февраля – бой за деревню Тихтозерскую. В этот день основные силы бандитов вместе со своими главарями уже тянулись из Ухты в свой зарубеж, и войну можно считать по большому счету законченной.

"Ну за что они так поступили с нами? - с горечью спрашивает финский активист Поппа Анттоппола, - ведь мы хотели честно жить и трудиться на этой земле, но нас тут не любят только за то, что мы не похожи на них, за то, что мы говорим на другом языке. Нас все гонят, мы здесь чужие. Давно изжитые в цивилизованных странах антисемитизм, гомофобия и ксенофобия - это болезни российского общества".

В его бездонных мудрых глазах отражается тысячелетняя скорбь финского народа, скупая мужская слеза стекает по немытой щеке активиста, сопли капают на самодельный костыль, лужа блевотины желтеет на снегу. Уцелевшие представители финского образованного общества устало бредут через зимний лес вслед за санями пана атамана. В санях крутится походный граммофон. Над усталой колонной величаво плывут полные грусти звуки финской народной песни "Долго будет Карелия сниться".

Вместе с бандами в Финляндию ушло, добровольно или по принуждению, 11239 жителей Карелии (28), из них - 8 тыс. человек работоспособного населения (25). Интересно заметить, что примерно столько же карелов уже убегало в Финляндию в 1920 году. Президиум ВЦИК в ноябре 1920 г. постановил: "Ходатайство Карельской трудовой коммуны удовлетворить. Ввиду предстоящего празднования 3-ей годовщины Октябрьской Революции применить к карелам, ушедшим в белые банды в Финляндию, амнистию". Акция оказалась успешной. Согласно амнистии из Финляндии тогда вернулись обратно 8000 чел., и осталось в Финляндии еще 4000 человек (2). Похоже, эти 8 тысяч сумасшедших несколько раз бегали туда-сюда.

Гуманное и милосердное Советское правительство 30 апреля 1923 года снова официально объявило амнистию карелам, принимавшим участие в белофинской авантюре (31). Общий ущерб Карелии от оккупации составил 5,61 млн. рублей золотом (25). Вопрос о компенсациях ущерба с учетом процентов до сих пор ждет своего решения.

А теперь окинем ход боевых действий взором с высоты птичьего полета.

На южном участке – Пайкула, Пяльозеро Поросозеро, Шаверкиозеро, Лендер, Кимасозеро, Барышнаволок, Кондокская, Сапосальма, Кяйпель. Это названия деревень, которые интервентами оборонялись. Маневренных действий, боев в лесах со стороны интервентов этом направлении практически не было. Манеренную наступательную войну вела Красная армия.

На центральном участке противник пытался оборонять деревни Березнаволоцкая, Маркова Гора, Большая Тикша и Андронова Гора, хотя отмечается, что оборона этих деревень упорной не была. Но на центральном участке упорных боев не было вообще.

На северном участке отличилась деревня Кокосалма, которую Красная армия штурмовала аж трижды. Затем интервенты обороняли Тиронваару и Тихтозерскую. На этом участке были и отдельные попытки маневренной лесной войны – засада 27 января, бой в лесу 29 января.

Обзор боевых действий вполне очевидно показывает, что основой тактики интервентов была оборона деревень. Стратегической их целью было удержание территории, эта стратегия реализовывалась путем обороны деревень.

Даже уже после окончания основной части войны и после бегства главарей и большинства банд в Финляндию, 10 февраля вдруг обнаружилось, что какие-то сумасшедшие финны с совершенно неясной целью до сих пор удерживают деревню Киросозеро. Ну да, цирк уехал, остались сами знаете кто. Спешить было уже некуда, потому эту деревню не атаковали, а просто бесхитростно обстреливали из пушек. Несколько дней подряд. Неэстетично, конечно, зато дешево, надежно и практично. Как лаконично замечает К. И. Соколов-Страхов, целых домов в деревне не осталось. Представителям образованного финского общества оставалось только сидеть по погребам и молиться своей бандитской богоматери. 17 февраля выжившие остатки белобандитов ночью скрытно ушли в Финляндию. Скатертью дорога. Война закончилась блестящей победой Красной армии. Кстати, в те же дни на другом конце России происходила столь же славная и победная Волочаевская битва.

Ну а теперь внимание, вопрос. Кто вообще будет оборонять деревни, восставшие крестьяне или интервенты? Для кого приемлемо использование такой тактики?

Крестьянские восстания случались в истории в разных странах множество раз. Крестьяне всегда восстают с одной-единственной целью – за лучшую жизнь. За лучшую жизнь для себя, для своей семьи, для своих родственников, для своей деревни.

Поэтому восставшие крестьяне никогда не будут делать крепость из своей деревни. Оборона деревни, бой в деревне неизбежно приведет к разрушениям и к гибели людей. К разрушению домов крестьян, к гибели их самих, их семей, их односельчан. Это вовсе та не лучшая жизнь, ради которой крестьяне могут восстать. Бой в деревне приводит к результату прямо противоположному, к полному разрушению жизни крестьянина, к разрушению его мира.

Восставшие крестьяне обычно идут громить замки феодалов и города, или действуют в лесах, подальше от родных деревень, чтобы не подвергать опасности свои хозяйства и свои семьи. А строить свою тактику на обороне деревень могут только чужие люди. Пришлые. Для которых политические цели важнее жизни и благосостояния конкретной деревни и конкретного народа. Которые могут устроить из деревни поле боя, что сопровождается разрушением домов и, вполне возможно, гибелью местных деревенских жителей.

Тактический аргумент сам по себе вполне достаточен для того, чтобы сделать закономерный вывод - в Карелии воевали интервенты, а не восставшие крестьяне.

Продолжение следует.

00 распорка.jpg

Tags: Геббельсовцы, Гражданская война, Карелия, Мифы Баира Иринчеева, Чухноведение
Subscribe
promo zdrager august 29, 2008 04:52 5
Buy for 1 000 tokens
(с) не мое, но одобряю.
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 4 comments