zdrager (zdrager) wrote,
zdrager
zdrager

Categories:

Мифы Баира Иринчеева - 6,5.9


Продолжение.


Аргумент восьмой. Национально-менталитетный финский



Национально-менталитетный аргумент апеллирует к сложившемуся в настоящее время обобщенному образу финнов как добродушных пьяниц в Питере и как любезных продавцов, официантов и гостиничной прислуги в Финке. "Как возможно, - вопрошают рукопожатные историки, геи и демократические журналисты, - чтобы эти добрые люди, которые и мухи не обидят, вдруг бы пошли нападать на другую страну? Да еще и на страну, которая во много раз больше ихней?" Все это верно, конечно, но только сейчас. Для формирования у финнов правильного отношения к окружающей действительности России пришлось систематически предпринимать воспитательные меры. А в период с 1918 по 1944 год большинство финского населения было подвержено острому заразному заболеванию, представляющему собой комбинацию русофобии и карелофагии, что в классической психиатрии получило название русофобско-карелофагского синдрома, и выражалось внешне в ненависти ко всему русскому и в остром желании сожрать Карелию.

Ничего не стоит аргумент, состоящий в том, что маленькая Финляндия не могла бы напасть на большую Россию. Ничего не стоит, потому что его опровергает простое перечисление сухих фактов. Финляндия в 1918 по 1941 годы нападала на Россию примерно десять раз, и это факты, которые просто существуют. Последнее финское нападение на Россию случилось в 1941 году, когда Финляндия была союзницей гитлеровской Германии. До этого финны нападали на Россию после длительного перерыва в 1939 году. Еще ранее случилась финская агрессия 1921-22 годов, про нее в этом эссе написано достаточно. До этого был период 1918-1920 годов, который обобщенно называется Первой советско-финской войной. Та война состояла из серии финских агрессий протии в России, в 1918 году финны неудачно наступали на Кемь, Кандалакшу и Печенгу, более удачно - на Ухту и Реболы. В 1919 году финны предприняли мощное, по их масштабам, наступление на Олонец, а затем два менее масштабных наступления из Кирьясало в направлении Петрограда. Может быть, я какой-то эпизод упустил, но, с другой стороны, некоторые из этих эпизодов пересекались во времени и пространстве, потому классификация и подсчет актов финской агрессии против России остаются приблизительными,

Точно известно зато, что к 1920 году в Финляндии скопилось куча карельских "правительств". Поскольку содержать их все было накладно, то "экономные финны создали в декабре 1920 года в Выборге "Карельское объединенное правительство". Туда вошли "Олонецкое правительство", "Временное правительство Архангельской Карелии", правительство Ребольской и Поросозерской волостей и т. д." (33).

Карелофагский синдром в финском национальном менталитете представляется явлением уникальным в мировой психиатрии. По неясным причинам мозгами образованного финского общества овладели идеи о том, что карелы и финны - братские народы (чего никогда не было) и что Карелию надо присоединить к Финляндии (чего никогда быть не могло).

У финского народа отношение к карелам традиционно сложилось враждебное. В Финляндии карелы всегда "оставались для местного населения "рюсся", чужаками. … В районе Иломантси матери до сих пор рассказывают своим маленьким детям страшные истории о пришедшем с востока "рюсся", т.е. российских карелах. Бежавшие за границу карелы столкнулись с национализмом" (16).

У Финляндии, у финского народа враждебное отношение к карелам на практике находило свое наиболее яркое выражение в бесконечных войнах, в грабительских набегах на Карелию, которых в истории имеется очень немало. Последний такой случай зафиксирован, кажется, в 1742 году: "пришед из Финляндии из Лексинского и Иломанского погостов финские обыватели двумя трактами до ста человек с ружьем" и в ряде селений "дворы <…> разорили и выжгли, и имения их крестьянские, и скот пограбили, свезли с собою в Финляндию" (26).

Добрая традиция "финских обывателей" собираться в банды и ходить пограбить карелов имеет тысячелетнюю историю. Этой устойчивой традицией в немалой степени объясняется и легкость, с которой в 1918-22 годах комплектовались белофинские банды для походов против России - для финского быдла это было дело понятное, привычное и похвальное.

При таком отношении финнов к карелам не могло быть речи о том, что карелы - братский народ, или что Карелия - родная для финнов земля. Исторически карелы всегда были враждебным для финнов народом, а Карелия - враждебной землей.

Но креативные классы всегда существуют в своих уйутненьких вымышленных мирках, и финский креативный класс исключения не представлял. Они вбили себе головы представление о том, что именно Карелия является историческим духовным и сакральным центром Финляндии, и плевать хотели на факты. Ах, какие нафиг факты, если художник так видит. "Идея истинной (исконной) Финляндии вытекает из довольно старого взгляда XIX в. о финской идентичности, когда Элиас Леннрот выдвинул идею о том, что район Восточной Карелии является истинной колыбелью души финского народа. Мифология Калевалы, карельская кухня, игра на кантеле и другие черты карельской культуры постепенно были признаны символами нарождающейся финской нации" (18). Леннрот у них уже виноват. Хорошо хоть не Туве Янссон.

В убогом искаженном представлении финских креаклов "военные действия в 1918-1920 гг. против РСФСР квалифицировались не как вооруженное выступление против другого, иностранного, государства, а как "борьба за Восточную Карелию", как национальная, историческая внутрифинская задача, лежащая якобы вне сферы международных отношений и вне законов международного права" (25).

Идеологи Великофинляндии "считали Карелию потерянным домом, а финскую национальную миссию незавершенной, если "полуостров-Финляндия не соединится, наконец, с Финляндией-островом". Как отмечает К. Косонен, задачей всех ультрапатриотических движений было "символическое воссоединение страны" (18).

Именно этими бредовыми идеями объяснялись многочисленные финские вооруженные походы на Россию, именно этими бредовыми идеями объясняется и знаменитая клятва Маннергейма 23 февраля 1918 года (день-то как угадал), что он не вложит меч в ножны, пока не захватит всю Карелию.

Исследователи пишут о национальном само-образе Финляндии (18), и о том, что создавались теоретические обоснования агрессии такого вот рода: "почему же возникла славянская, а не финская супердержава? И ответом было: потому что земли, которые тысячи лет назад являлись гордостью финских племен, стали предметом русского завоевания. Проще говоря, Финляндия только тогда сможет стать настоящей Финляндией, если она будет бороться с "чужим", с русскими и освободит захваченных карельских братьев" (18). Это, кстати, было опубликовано в финской газете "Hakkapeliitta" в 1932 году, разработка теоретического обоснования агрессии против России усиленно продолжалась и в межвоенные годы, что и создало идеологическую базу для очередных нападений Финляндии на Россию в 1939 и в 1941 годах.

Финское коллективное бессознательное искало свою идейную основу на чужой территории и в чужой культуре. Сложно представить более ущербный, более болезненный и более закомплексованный национальный менталитет, не находящий ничего достойного для опоры на своей земле и в своей истории.

Описывая доминирующую финскую идеологию 1918-1944 годов, исследователи редко используют слово "религия", а зря. На мой взгляд, там на базе карелофагии и русофобии сформировалась именно квазирелигия, не имеющий никаких фактических или логических обоснований комплекс сверхценных представлений, представляющий собой сплав бессознательной ненависти к России и сознательного стремления захватить Карелию, что в сумме приводило к формированию неприкрытой агрессивности и многочисленным военным нападениям на Россию/СССР. Идея, овладевшая массами - это, как известно, страшная сила

По поводу русофобии, ставшей вторым краеугольным камнем идеологии независимой Финляндии, уместно привести интересное наблюдение - она была искусственно создана только в 1918 году, когда русофобия понадобилась белофинской хунте для манипулирования финским народом. Финский народ отличается редкой доверчивостью, излишней восприимчивостью к рекламным слоганам, это качество широко используют как коммерсанты, так политики.

Как пишут финские исследователи, ""рюссафобия" была не историческим явлением, а родилась лишь в 1917-18 гг. и носила не национальный, а скорее идеологический характер. … До этого же, а именно до 1918 г., не было широко распространенной расовой "извечной ненависти" к русским. … В 1917-1923 гг. отношение к русским в Финляндии сильно изменилось. Именно тогда, отчасти па основании реальных фактов, но, в основном, в результате сознательного разжигания ненависти возникли расистская русофобия, принявшая всеобщий характер, и официально одобрявшийся откровенный культ расовой ненависти" (15).

А далее "типичными моментами в формировании представления о "непохожести", которые хорошо отражают этапы развития русофобии у финнов, являются стремление присвоить другому народу клеймо врага, попытки подтверждать его правомочность и, наконец, мифологизация его как "заклятого врага". В таком националистическом процессе некое общее самосознание нации, определенные идеологемы и представления о "враге" с помощью пропаганды прочно укореняются в общественном сознании (15).

Во время финской гражданской войны "по психологическим причинам жестокую правду о братоубийственной войне пытались замаскировать якобы идеологической борьбой в защиту западной культуры от русских, объявленных заклятыми врагами" (15).

"Во время собственно военных действии, особенно во время наступления весной 1918 г., судьба русских была чаше всего жестокой: к примеру, при взятии Тампере белые расстреляли почти всех захваченных в плен русских, всего около 200 человек. В отношении русских проводились многочисленные этнические чистки, финны убивали гражданских лиц, которые никоим образом не участвовали в войне и не были замешаны в политике, а просто долгие годы жили в Финляндии. В пылу ненависти людей разыскивали и убивали даже в больницах. В Тампере была казнена, к примеру, жена финского заведующего окружным отделом страхования, имевшая русские корни, но являвшаяся гражданкой Финляндии. После взятия Выборга вблизи крепости жертвами чистки стало большое количество русских горожан - противников большевиков, в том числе школьники, женщины и годами жившие в Выборге военные пенсионеры" (15). Сколько русских стало жертвами этих расправ, неизвестно до сих пор, однако полученная в результате этого геноцида выручка исчислена пунктуальными финнами весьма точно, она составила 17,5 млрд. золотых рублей (22).

По окончанию гражданской войны русофобию не исключили из арсенала финской идеологии, совсем наоборот, ее сделали одним из столпов идеологии молодого демократического государства.

"Шюцкорская газета "Suojcluskumalaisen lehti" в 1921 году организовала для читателей конкуре на лучшую пословицу о восточном соседе. Лучшей была признана пословица: "Какое животное более всего походит на человека? Это - "рюсса"" (15).

"В начале 20-х гг. национальная ненависть к русским приобрела невиданные масштабы: ее мифологизировали как неотъемлемую часть финскости и патриотизма. Речь шла не только о ненависти к большевикам; … ненависть и всеобщее презрение ко всему русскому" (15).

"Ярким примером убеждений академической молодежи может служить опубликованная в марте 1923 г. в газете "Юлиоппиласлехти" статья под названием "Рюссафобия": "...и если мы любим свою страну, нам нужно учиться ненавидеть ее врагов... Поэтому во имя нашей чести и свободы пусть звучит наш девиз: Ненависть и любовь! Смерть "рюссам". будь они хоть красные, хоть белые"" (15).

Богата русофобской тематикой и художественная литература Финляндии, например, книги о будущей войне с Россией, изданные в 1920-30-х гг. "В этих книгах предсказывается тотальная война великой Финляндии против России, где русский народ и сама Россия практически полностью уничтожаются при помощи высоких технологий и химического оружия. …. Интересно, что часто в этих книгах население Ленинграда было уничтожено при помощи химического и биологического оружия" (4). На такой литературе, с убеждением в необходимости нападения на Россию и с верой в возможность победы Финляндии над Россией, в межвоенный период воспитывалось новое поколение финского пушечного мяса, которых белофинская хунта погонит умирать на фронтах новых войн.

"Популярные публикации содержали исторические примеры жестокости "извечного врага* и статьи, разжигавшие ненависть, содержание которых было крайне расистским и уничижительным по отношению к русским. Россия изображалась "славянской грязью", а русские - "животными в человеческом обличье". Русофобия принимала форму религиозной, фанатической ненависти (15). Здесь автор вводит аналогию с религией, и совершенно правильно.

Не вызывает сомнения, что простоватый и незамысловатый финский народ представляет собой мечту пропагандиста и агитатора. В головы этого народа несложно вложить любые мысли, даже самые дикие. Когда белофинской хунте понадобилось нападать на Россию, обработка финского пипла не заняла долгое время. Ему приказали ненавидеть Россию и желать Карелию. Ну а раз хунта сказала "надо", то финский пипл ответил "есть" и стал по команде, как собачка Павлова, ненавидеть и желать кого прикажут.

Продолжение следует.

Tags: Геббельсовцы, Гражданская война, Карелия, Мифы Баира Иринчеева, Чухноведение
Subscribe
promo zdrager август 29, 2008 04:52 5
Buy for 1 000 tokens
(с) не мое, но одобряю.
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 4 comments